03.03.2012 : Публикации

Неизвестный Виктор Нусенкис


Очерк современных нравов.
Примерно 50 км от Москвы по Калужскому шоссе. На дорожных щитах — реклама стройматериалов и средств для борьбы с насекомыми. Дорогих ресторанов, супермаркетов и тому подобного нет и в помине — это вам не Рублёвка. Просёлочная дорога ведёт к высокому забору, за ним виднеется здание церкви, похожее на детский сад с позолоченным куполом.
Здесь, неподалёку от построенной им школы-пансиона, живёт угольный магнат Виктор Нусенкис. Он мало кому известен, даже его коллеги, угольные предприниматели, не все знают его в лицо. «Через попов его надо искать», — бросил один из них. Действительно, последний раз на публике православного мецената можно было встретить на поместном соборе — он принимал участие в выборах патриарха. Скромный человек с длинными волосами и бородой ничем не выделялся среди других делегатов Донецкой епархии.
В 1990-е его имя знала вся Украина. Виктор Нусенкис был одним из богатейших украинцев, на его угле работали крупнейшие заводы страны. Но 12 лет назад он сменил гражданство и вместе с семьёй перебрался в Подмосковье. В отличие от Украины в России его никто не знает, а угольные миллиардеры за конкурента не держат.
А между тем на трёх шахтах Нусенкиса в 2010 году добыли 8,5 млн. т энергетического угля, а за два следующих года планируется довести добычу до 13 млн. т. Только за последние 5 лет EBITDA управляющей компании «Заречная», объединяющей российские активы Нусенкиса, выросла в пять раз, до $144 млн. (по данным компании), а стоимость всего его российского бизнеса приблизилась к $1 млрд. Нусенкис входит в пятерку крупнейших добытчиков угля в Кузбассе, пропуская вперёд только собственников «Кузбассразрезугля» и приближённой к Тулееву компании «СДС-уголь». Как он смог освоиться на конкурентном угольном рынке России?
Можно было и дальше развиваться на Украине, но без серьёзных связей наращивать активы становилось всё сложнее. К тому же Нусенкис всё теснее сближался с представителями Московского патриархата. В конце 1990-х он стал одним из основных спонсоров РПЦ. Тогда же Нусенкис с семьёй переехал из Донецка в Подмосковье. Здесь он выкупил бывшую усадьбу графа Шереметева, где организовал школу-пансион, а сам построил себе новый дом неподалёку.
Перемена места жительства тут же сказалась на бизнесе. Нусенкису нужны были активы в России, и в 1998 году он стал присматриваться к Кузбассу. Он послал своего ближайшего помощника Александра Старикова встретиться с Валентином Мазикиным, тогда директором государственного «Ленинскугля», которому принадлежал большой пакет шахты «Заречная». Её директор Валерий Зубарев, у которого было 30% акций, тоже приехал на встречу. Он искал инвестора для завершения реконструкции и тут же ухватился за Старикова. На «Заречной» был уголь хорошего качества марки «Г», который можно использовать как для энергетики, так и для металлургии, к тому же у Зубарева уже были налажены поставки в 18 стран мира, что в 1996 году считалось огромным преимуществом. Позже, на встрече с Зубаревым в Донецке, Нусенкис поставил ему единственное условие: консолидировать 51% акций «Заречной». 35% своих акций продал «Ленинскуголь», остальные Зубарев «наскрёб по сусекам», проводя собрания и уговаривая сотрудников отдать акции.
Нусенкис быстро поднял шахту. Всего за год «Энерго» вложил в шахту втрое больше, чем государство за три предыдущих года (300 млн. рублей против 100 млн. государственных).
Зубарев, который остался директором и совладельцем шахты, предложил создать горно-обогатительную фабрику и, как он сам рассказывает, выбил под строительство кредит в Сбербанке — $ 25 млн. Стариков говорит, что денег потребовалось меньше, а кредит взяли в двух разных банках — $8 млн. у Сбербанка, еще $4 млн. дал Гута-банк. Как бы то ни было, фабрика окупилась в первый же год. Ещё бы — шахта продавала ей уголь по $7–9 за тонну, а готовый концентрат уходил уже по $38–39. Несложно посчитать, сколько можно заработать при выработке 2,4 млн. т, — разница составила около $72 млн. в год.
Но Зубарев этих денег не получил. Незадолго до открытия фабрики в 2003 году Нусенкис предложил ему продать пакет. По словам Зубарева, вместе с техническим директором Виталием Харитоновым они владели 49% акций. Такую же долю в горнообогатительном комбинате «Спутник» он лично контролировал через кипрскую компанию своего зятя «Мош Дженерал Эктивитис Лимитед». Харитонов сразу же согласился продать свой пакет, а Зубарев отказался. Тогда Нусенкис вызвал Зубарева в Москву. «Ты великолепный организатор, производственник, но мы так решили, акции должны быть у нас», — передаёт слова Нусенкиса Зубарев. Он не согласился. Четыре часа длился этот разговор, но Зубарев был непреклонен. Под конец Нусенкис крепко рассердился и пригрозил: «Я вокруг тебя сделаю круги».
Зубарев недоумевал: что за круги? Потом понял. Его бывшего партнёра Харитонова назначили директором, а Зубарева вынудили продать свой пакет. За 32,3% акций шахты, у которой основные фонды стоили около $55 млн., Зубарев получил около $3,2 млн. — в пять с половиной раз меньше их стоимости, а за 49% фабрики ему заплатили $400000. «А какой у меня выход был? Я один остался, а у них связи. Они вытащили Мазикина наверх, всегда поддерживали и материально, и морально», — рассказывает Зубарев.
Бывший глава «Ленинскугля» Валентин Мазикин, который и продал долю государства в «Заречной», стал самым влиятельным человеком в регионе после Тулеева и главным ангелом-хранителем Нусенкиса.
А вокруг Зубарева «росли круги». Он купил убыточную шахту «Зеленогорская-Новая», но прирезать к ней куски не разрешили. Более того, в кризис администрация области решила именно с его шахты начать показательную порку должников по зарплате. Тулеев распорядился арестовать уголь на складе шахты, чтобы продать его и погасить задолженность. Местный Ростехнадзор остановил добычу из-за нарушений требований безопасности.
Стариков рассказал другую версию этих событий: в своё время Нусенкис просто подарил пакет Зубареву как менеджеру по доброте душевной, потом передумал и решил выкупить обратно, причём заплатил цену, названную Зубаревым, а тот отплатил чёрной неблагодарностью.
Балансовые запасы «Заречной» истощались, и Нусенкису нужно было искать что-то новое. Его заинтересовал крупный Серафимовский участок Ушаковского месторождения (лицензионные запасы угля — 163 млн. т, а с учётом резервного блока — 393 млн. т), находившийся в фонде Роснедр. Но без местного партнёра приобрести лицензию на новый участок в Кузбассе практически невозможно. Лицензии на разработку угля в Промышленновском районе, где находилось месторождение, не выдавали, а Тулеев и его чиновники выступали против проведения новых угольных торгов, говоря, что это ухудшит и без того тяжёлую экологическую обстановку в регионе.
Поиск местного партнера Нусенкис начал с совладельца кемеровской финансово-промышленной группы «Сибконкорд» Олега Шарыкина. Этот промышленник, имевший цементный бизнес, давно дружил с Мазикиным. Уже было объявлено, что месторождение будет разрабатывать УК «Заречная» совместно с «Сибконкордом», однако на полдороге партнёра решили поменять. Шарыкин был слишком влиятелен в крае и мог сам сыграть первую скрипку, поэтому в качестве лоббиста проекта выбрали местную предпринимательницу Наталью Ермакову.
Владелица небольшой логистической компании «Трансиб ТК» сотрудничала с УК «Заречная», предоставляя вагоны для транспортировки угля, и имела выходы на кемеровского губернатора Амана Тулеева. В 2007 году Ермакова оказалась в Госдуме. Как депутат, она стала лоббировать в органах власти инвестиционный проект под названием «Создание энерготехнологического угольного комплекса «Серафимовский» в партнёрстве АО «Технопаркинвест-Кузбасс» и ЗАО «МПО «Кузбасс».
В сентябре 2009 года компании Нусенкиса приобрели права на разработку перспективного участка. Благодаря статусу инновационного проекта месторождение не выставили на аукцион. Конкурс прошёл тихо и всего с двумя участниками, оба они были связаны с «Заречной». Запасы Серафимовского участка «Заречная» взяла за $12,7 млн., то есть по 2 рубля за тонну угля, что было втрое меньше рыночных цен.
Однако после конкурса отношения Ермаковой и «инноваторов» вдруг испортились. От неё пошли депутатские запросы в прокуратуру и МВД, где она рассказывала об использовании трансфертных цен на уголь в расчётах УК «Заречная». Проблемы начались и у самой Ермаковой. Местное отделение «Единой России» попыталось лишить её членства, обнаружив подделанный диплом об окончании Института инженеров водного транспорта, а директор «Заречной» Харитонов обвинил её в краже 80 млн. рублей, которые он ей якобы заплатил за консультационные услуги «по оптимизации поставок угля по железной дороге».
Стариков категорически опровергает слухи о том, что «Заречная» что-то обещала Ермаковой. «Ермакова всего лишь лоббировала интересы Кузбасса как депутат Госдумы. Это её работа, и мы ей ничем не обязаны», — считает Стариков.
А у Нусенкиса в регионе появился новый друг — предприниматель Ван Вай Чен. Сейчас Вай Чен — депутат Кемеровской областной думы. В письме президенту РФ Ермакова называет его «придворным врачом» Тулеева и сообщает, что он «втёрся в доверие» к губернатору, используя «медицинские хитрости». Мастер восточной медицины основал в Кемерово частную клинику «Элигомед». В 2010 году «Элигомед» на 76% принадлежал МПО «Кузбасс» Нусенкиса.
В России бизнес Нусенкиса развивается быстрыми темпами. Во многом это связано с грамотным технологическим управлением компанией. Это подтверждают и конкуренты. По словам владельца компании «Стройсервис» Дмитрия Николаева, «Заречная» была совсем не тем активом, за который нужно было бороться. «Стариков — грамотный горняк, они правильно политику отстаивают, борются за технологию производства». Вспоминает добрым словом коллегу и угольщик Юрий Кушнеров, бывший владелец «Южкузбассугля». «Ему досталась одна из тяжелейших шахт, да и все его активы не из лёгких», — признает Кушнеров.
Если ещё три года назад добыча компаний Нусенкиса не превышала 3 млн. т, то в 2010-м было добыто уже 8,5 млн. т. 10% добытого угля остается в России, ещё 10% идёт на коксохимическое производство на Украине, а 80% находят покупателя в Европе. Спрос на уголь такой, что бороться за заказчика не приходится.
За последние годы Нусенкис купил две новые шахты, обе по соседству с «Заречной». Небольшое Ленинское шахтоуправление Нусенкис приобрел у «Русского угля» через две недели после объявления о заочном аресте его владельца Михаила Гуцериева. После покупки шахта стала именоваться «Алексиевская» — в честь покойного патриарха. В кризис у СУЭКа была куплена ещё одна шахта — «Октябрьская», в два раза производительнее «Алексиевской». Как рассказывает Стариков, за шахту компания частично расплатилась деньгами, а частично — двумя механизированными комплексами стоимостью около $77 млн., изготовленными на Юргинском машиностроительном заводе. Этот завод, производящий оборудование для угольного бизнеса, достался компании после гибели совладельца «Южкузбассугля» Владимира Лаврика. Позже в память о Лаврике новые собственники отлили колокол, который теперь созывает юргинцев на службу в недавно построенную церковь.
На каждом предприятии Нусенкиса есть православная часовня. По словам протоиерея Николая Соколова, настоятеля храма при Третьяковской галерее, духовника Олимпийской сборной России и школы-пансиона «Плесково», Нусенкис — один из главных православных меценатов. «Многие предприниматели жертвуют храмам. Но такого яркого бескорыстного служения и самоотдачи я не видел, — говорит отец Николай. — Человек забывает себя, это я вижу». Суммы, расходуемые на благотворительность, впечатляют. Например, по данным УК «Заречная», в 2007 году её социальные расходы составили $9,1 млн. при чистой прибыли $9,9 млн. В 2010 году Нусенкис отдал на социальные нужды пятую часть чистой прибыли компании в $64,4 млн. Опосредованно Нусенкис содержит несколько православных телеканалов и газет, в их числе «Глас» и «Радость моя».
Как рассказывает Максим, работающий на шахте «Красноармейская-Западная-1», которую теперь переименовали в шахтоуправление «Покровское», на стене при входе всегда висел график богослужений. Обязательно присутствие одного человека от участка. «Если кто-то не приходил, у начальника участка, да и у всех его подчиненных начинались проблемы».
Повлияло ли православие на образ жизни Нусенкиса? По рассказам рядовых сотрудников, когда Нусенкис бывает на шахте, с ним всегда два джипа охраны, а в личной машине — два священника. По предприятию Нусенкис ходит только с охраной, а когда он приезжает, сотрудники не могут попасть даже на этаж. Как-то раз охрана шахты, зазевавшись, не успела вовремя поднять шлагбаум, и автомобиль Нусенкиса просто сбил его на скорости. С рядовыми сотрудниками он не общается, им хватает совещаний с директором шахты «Покровская» Леонидом Байсаровым. Тот за словом в карман не лезет, и манера общения с людьми у него вполне патриархальная. Запись с одной из планёрок, попав на YouTube, стала местным хитом. «Я ж тебя просил, б… — кричит Байсаров в присутствии десятков товарищей на сотрудника, повесившего кабель не той толщины. — Хочешь деньги с собственников отхватить? Сука, проволоку вешает, падла. Иди сюда, тварь, б…».
После таких совещаний руководитель шахты обычно снимает стресс покаянием в храме — рядом с теми, с кем только что ругался. «Работа и вера неразделимы! — говорил Байсаров в интервью местным СМИ. — Наш храм — это домовая церковь, являющаяся неотъемлемой частью угольной компании».
Сам Нусенкис много отдаёт бедным, но с богатыми строг. Его украинским друзьям приписывали доли в его бизнесе. Но сегодня долей нет ни у Байсарова, ни у бывшего генпрокурора Васильева, который пытается доказать через кипрский суд, что владел половиной концерна «Энерго».
Другая черта, которой Нусенкис, возможно, обязан религии, — скромность. Бизнесмен за 20 лет не дал ни одного интервью, не фотографируется, и деятельность «Донецкстали» и «Заречной» мало освещалась прессой. Но незаметно для конкурентов компания выросла настолько, что осенью собирается разместить облигации и даже готовит международную отчётность. Впрочем, вряд ли компания Нусенкиса станет супероткрытой. Вести себя скромно, не скупиться на помощь ближним (чиновникам) и знать, кто патриарх, — с помощью этих нехитрых принципов Нусенкис продолжает свою тихую экспансию.
(Журнал «Форбс», № 9, 2011 г.)

Источник/Автор:
Просмотров: 2675


Уважаемые читатели!

Перед Вами сайт одного из самых популярных еженедельников юга Кузбасса.
«Кругозор в Кузбассе» - независимое общественно-политическое издание, с дипломом Всероссийского конкурса союза журналистов.
Газета выходит в свет свыше 20 лет и хорошо зарекомендовала себя у большого круга читателей, являясь сегодня...»»»
 
Рубрики
Прямая речь
Скандал в благородном семействе
Публикации
Как вас обслуживают
Отовсюду обо всём
Час пик
Особый случай
Чужой карман
Загадки истории
Факты, гипотезы, сенсации
Осторожно: лохотрон!
По ту сторону
Вопрос-ответ
Актуальное интервью
Взгляд за и против
Продолжение темы
Не хлебом единым
Особое мнение
Курьёзно о серьёзном
Читатель "Кругозора"
Два письма на одну тему
Читатель ставит проблему
Сердитое письмо
Житейские истории
Страна советов
Очевидное - невероятное
Факт и комментарий
Анатомия конфликта
Наука выживания
Точка зрения
Тема из конверта
Палата №6
Закон есть закон
Рецепты из конверта
В кабинетах власти
Эхо трагедии
Адреса коррупции
Среда обитания
Суд да дело
Криминал
Происшествие
Проверка слуха
Хроника Кузбасса
Экономика капитализма
Актуально!
Их нравы
В тисках кризиса
Совершенно конкретно

города Новокузнецк, Кемерово ООО «Кругозор плюс » © 1989-2018